Ильмир из Ульяновска. Некоторое время они с женой пытались обустроиться в Москве, но не смогли и вернулись домой. Уже после трагедии родные Лизы узнали, что мужчина скрывался от частных кредиторов.
Выяснилось, что Максимов был лудоманом и раз за разом проигрывал деньги. Иногда в доме пустовал холодильник, родителям Лизы приходилось оплачивать садик и кружки внучкам, а также периодически покупать памперсы, продукты и все необходимое.
Лиза ничего не замечала. Точнее, она чувствовала, что с мужем что-то происходит, но думала о другом — предполагала, что у него есть другая женщина. Ильмир действительно изменился: стал замкнутым, часто брал в руки телефон и играл в игры. Жену уверял, что все в порядке.
В ночь с 30 сентября на 1 октября 2025 года он совершил страшное — хладнокровно расправился со своей семьей. Спящей супруге он нанес 77 ударов ножом, а дочкам — 27… После этого Максимов пытался покончить с собой, но передумал.
Первой на месте трагедии оказалась его мать. Вскоре прибыли полицейские. Родители Лизы узнали обо всем только потом. Правоохранители сразу заподозрили Ильмира, но его близкие сначала не верили. Мужчина пытался оправдаться, сказав, что в дом ворвались грабители.
Как выяснилось, после убийства Максимов снял с тела жены украшения, ночью сдал их в ломбард, перевел деньги на карту и сделал очередную ставку.
Следователей поразило поведение подозреваемого на допросах — он оставался спокойным, несмотря на содеянное. В его крови не обнаружили ни алкоголя, ни наркотиков. Судебно-психиатрическая экспертиза признала Ильмира вменяемым.
«Следователь задавал ему вопросы: для чего ты это сделал. На что он сказал: „Ну, сделал и сделал“, — вспомнила мама убитой женщины в интервью . — Он это с сказал: „Что случилось, то случилось“. Это было произнесено с гордостью. У него даже не дрожал голос, осознание того, что он это сотворил, у него есть, но сожаления нет.
Он не испытывает сожаления. Психологи отмечают, что он пережил ситуацию так, словно посмотрел страшный фильм: пережил и забыл. На следующий день у него обычная жизнь. Раскаяния нет. Это заключение специалистов. О количестве нанесенных ударов он не говорит. Когда следователь сообщил мне об этом, я подумала, что он не понимает, что происходит. На вопрос: «Ты осознаешь это?» — он ответил: «Ну да».
Юлия и ее муж долгое время винили себя за то, что не заметили тревожных сигналов в поведении зятя. Даже сейчас они часто вспоминают те страшные события. Их жизнь теперь сосредоточена на воспоминаниях о Лизе и девочках.
«Самое ужасное, что этот человек был рядом с нами, среди нас. А мы не разгадали его. Это темная лошадка. Самое страшное, что я никогда не дотронусь до своих девочек, не увижу их, не поцелую, не обниму свою дочку. Слышала фразу о том, как страшно хоронить своих детей. И на себе это испытала», — плачет она.
С матерью Ильмира они не общаются. Сам мужчина пока не понес наказания, но находится под стражей. Вполне вероятно, что вскоре он предстанет перед судом — ему грозит пожизненное заключение.
