Ушедший после скандала из Школы-студии МХАТ Богомолов поздравил Хабенского и Безрукова: «Сил и терпения!»

Константин Богомолов прокомментировал знаковые события и поздравил коллег. «От всего сердца поздравляю Сергея Безрукова с назначением! Замечательное решение. Сергей — выдающегося дарования артист и замечательный профессионал. Имел счастье работать с ним, всегда привожу его в пример молодым коллегам. МХАТ имени Горького, удачи и возрождения! Уверен — у этого театра блестящее будущее!

Мои искренние поздравления коллеге и прекрасному артисту Константину Хабенскому! Уверен, что его огромный опыт в профессии, энтузиазм, талант менеджера и педагога, — станут мощным двигателем развития Школы-студии. Сил и терпения», — написал он.

Напомним, что после смерти Игоря Золотовицкого должность ректора Школы-студии МХАТ занял Константин Богомолов. Назначение режиссер получил в конце января, однако уже через несколько дней объявил об уходе.

Увольнение Богомолова связано с громким скандалом. В Школе-студии режиссера попросту отказались принимать. Многие выпускники старейшего вуза даже написали открытое письмо с требованием пересмотреть кандидатуру.

Подписанты заявили, что назначение Богомолова нарушает сложившуюся в учебном заведении систему передачи традиций. «Основа преемственности прежде всего заключается в бережной передаче этических принципов Школы и принципов русского психологического театра, заложенных основоположниками… Преемником может стать именно тот, кто был воспитан учителями-мхатовцами в стенах Школы и всеми корнями имеет прямое отношение к Школе-студии МХАТ», — писали они.

Петицию подержали Юлия Меньшова, Марк Богатырев, Марьяна Спивак, Антон Шагин и многие другие. Были и те, кто напротив поддержал мужа Ксении Собчак.

«В Школе-студии нет режиссерского факультета, поэтому, желая стать режиссером, Константин Богомолов поступил в ГИТИС. Странно на этом основании отрицать в нем носителя принципов „русского психологического театра“. <…> Он впитывал традиции не в аудитории, а на сцене и в репетиционном зале, что для режиссера более значимо», — писала Софья Эрнст.